Хэйми
[мы]
Кот возвращается под утро, когда Дом еще основательно укутан тенями вишен.
Кот подходит без спешки, поправляя давящую лямку реактивного ранца на левом плече. Правая порвалась буквально во время последней посадки – едва не лишился еще одной жизни, но обошлось. Камуфляж, когда-то рыжий, а теперь скорее серый в полоску, тоже изрядно потрепан, а доспеха не было вовсе. Кот даже не заходил после операции на склад - было бы, что оставлять... Поспешил к себе.
Дома будут ворчать... Конечно, будут. Что-то насчет загулов, шляния по задворкам мира и неизменно подранного уха – но в этом ворчании не будет ни укора, ни усталости, только зачем-то маскируемая забота, словно стесняются или боятся, что суровый боец не оценит.
Он ценит.
Кот замирает перед дверью, переминается с ноги на ногу, шурша камешками, застрявшими в протекторах ботинок, по бетонному пятачку и поднимает голову, глядя на окна второго этажа, не замечая, что расплывается в улыбке, сильнее обнажая большие, похожие на бивни, клыки – грозное оружие и предмет личной гордости. Сколько он сразил ими врагов и сердец… Сколько – не считал. Это давно перестало быть важным.
Важным оставалось то, что на дорожке, ведущей от улицы к Дому, ранец неизменно становился легче, как бы Кот ни устал; что вокруг Дома тихо, и нет причин беспокоиться за тех, кто внутри; что Дома по-прежнему предчувствуют его возвращения – чуткий слух докладывает, что кто-то уже спешит по коридору, открывать.
Для проформы Кот все-таки скребется в дверь.
«Мрррау…»
Отступают ночные ужасы, дела; не спеша, потягиваясь, уходит в глубину души боец, командир отряда Саблезубых.
Дверь открывается. На пороге стоит Кот. Просто Кот, который не может не уходить, но всегда возвращается Домой.

@темы: заметки на память